Фантазия или фантазия: сможет ли Россия догнать Запад в разработке ИИ
Как и в любой технологической гонке, создать качественный продукт даже не так важно, как его прорекламировать (особенно, если ты делаешь аналог). Нашему грозному ответу Midjourney – Kandinsky 2.1 – это действительно удалось. Нейросеть от Сбера за шесть дней набрала 2 млн уникальных пользователей, когда ChatGPT за пять дней – всего 1 млн. Но сможем ли мы вырваться вперед в целом в этой сфере?
Казалось бы, ответ тут очевиден. Согласно исследованию IDC, общий объем рынка нейросетей в России в 2022 году составил 47,5 миллиона долларов, в то время как объем рынка в США – 4,5 миллиарда долларов. Однако сейчас этот разрыв, скорее всего, сократился как минимум с появлением у нас нескольких удачных разработок. Тот же Kandinsky успешно проходит внедрение на зарубежных ML-платформах, таких как replicate.com и FUUPS.AI. А это значит, что он довольно самодостаточен.
Социальный момент – разные мнения у нас и у них
Но помимо гонки, а также актуальности темы – соответственно, и запроса на появление новых продуктов, есть немаловажный социальный аспект.
Например, наши сограждане, вероятно, не так боятся потерять работу из-за ИИ – таких всего 17%. Статистики по западным странам нет. Однако предостережения лидеров мнений о развитии технологий, а также исследования, показывающие, что нейросети могут занять 2/3 рабочих мест и поднять общемировой ВВП на 7%, могут внести лепту в развитие сферы (точнее, замедлить вливания в оную).
И еще немного статистики, но больше забавной, которую, тем не менее, можно рассматривать как некий индикатор - 59% россиян не верят, что в ближайшие 50 лет нейросети выйдут из-под контроля и произойдёт восстание машин (ВЦИОМ).
На основе этих, а также других данных, мы можем сделать определенные выводы. В самом деле, не ради статистики же мы здесь собрались. Западных продуктов ИИ просто тьма. Они есть во всех сферах, еще и по нескольку вариантов – например, для профи и более простые. И хоть пока что конвейер по созданию нейросетей не думает останавливаться, настроения за бугром на этот счет более тревожные.
Ситуации, когда из-за нейросетей увольняли человеков, происходили многократно. Прецедентов в России вообще немного (наверное, самый известный случай – пермская компания Xsolla, где попросили на выход 150 человек после того, как нейросеть посчитала их малопродуктивными). И это связано еще вот с чем.
Распространение нейросетей
На Западе нет чего-то похожего на внедрение ИИ в их соцсети, как, допустим, у нас боты в Телеграм. Там не западло купить Midjourney, оплатить подписку на что-либо для удобства использования. У нас же преобладающий пиратский ландшафт отразился и на распространении нейросетей.
В связи с этим глупо опираться на показатели количества пользователей нейросеток – по данным Tele2, 18% приходится на Москву, на Питер - 8%, далее следуют уж совсем смешные цифры. Однако тут не учитывается как раз-таки Телега, где суррогатов ChatGPT наберется на несколько десятков минимум.
И хоть там заплатить за использование не проблема, у нас это доступнее? На самом деле, провести какие-либо корреляции здесь непросто. Зато можно посмотреть на рынок труда. Например, на hh.ru только с начала 2023 года российские работодатели разместили более 1,2 тысячи предложений о работе, в которых упоминаются нейросети. Это на 51 процент больше аналогичного периода прошлого года. А теперь додумайте, как много из нанимающих компаний оплатят официальные подписки.
Кроме того, за рубежом на нейросети активно накладывают некоторые ограничения, так как дипфейки нанесли большой урон политическим кампаниям, имиджу известных людей и пр. Google же вообще боится давать доступ к своим ИИ всем подряд, из-за чего проигрывает гонку OpenAI и Microsoft. К слову, недавно их языковая нейросеть без ведома разрабов выучила бенгальский. Ну, просто потому что может.
У нас же аналогичной практики с табуированием пока нет. Хотя, вероятно, это дело времени. Однако в рамках нашего мини-исследования – это прямым образом относится к свободе распространения.
Типа заключение
Мы можем проводить параллели, лишь основываясь на обрывочных данных, которые не всегда корректно отражают действительность. При ответе на главный вопрос материала важно учитывать бюджеты, вкладываемые в развитие ИИ. Но если на Западе большинство стартапов и крупных сделок освещается, а презентации имеют публичный характер, то у нас это как-то фифти/фифти.
И это частично объясняется количеством факапов на разных поприщах. Узнайте, сколько вложено за 2022 год в рекламу Rutube, а потом посмотрите выхлоп с этого мероприятия. Лучше уж цифры и правда скрыть.
Поэтому и вывод нашего материала относительный. С одной стороны, вкладываемые в развитие бюджеты у нас и у них несопоставимы. Однако мы более восприимчивы и проще относимся к вероятным последствиям, что может с положительной стороны сказаться на технической составляющей будущих продуктов.
Но с образованием ситуация кардинально разнится. В российских университетах есть курсы по специальностям, предполагающим работу с ИИ, тогда как в США Google и Facebook вкладывают миллиарды долларов в исследования и разработки в этой области, что позволяет им держать лидирующие позиции на рынке. Мы даже примерно не будем на этом уровне и через пару лет.
Согласно одному из последних исследований OpenAI, в Сети только 7% публикаций на русском языке на тему глубокого обучения и нейросетей. В США этот показатель составил 42%. Это говорит о том, что российские ученые и компании в целом меньше занимаются исследованиями в области нейросетей и глубокого обучения.
Учитывая все это, только ChatGPT может знать ответ на поставленный вопрос. Вот его и спросим.
Если вам понравился материал, подпишитесь на нашу Тележку, где мы разбираемся в похожих темах.